Когда на улицу я вышел,
Ко мне приблизился
Какой-то Пьяница.
В его глазах заметны были
Тысячи невидимых садов, святилищ.
Словно корабль без якоря,
Качался Он то в эту,
То – в другую сторону.
И сотни мудрецов и интеллектуалов
Могли бы умереть,
Подобное томленье Духа испытав.
Я у Него спросил: «Откуда Ты?»
Он засмеялся и сказал: «Душа!
Одна моя часть – из Туркестана,
Из Ферганы – другая.
Одна часть – из воды и праха,
Другая – Сердце и Душа.
Одна часть – берег океана,
Другая – сплошной жемчуг».
Я умолял: «Стань моим Другом,
Я – родственник Тебе». –
«Я знаю разницу
Между чужими и семьёй».
Я – не тюрбан, но и не Сердце,
И в этом доме, где похмелье возникает,
Наполнена невысказанными словами
Моя грудь. Мне надо объясняться или нет?
Быть может,
Я так долго жил среди хромых,
Что начал сам прихрамывать?
Но всё же никакой удар судьбы
Не смог бы это опьянение разрушить.
Послушай, ты улавливаешь
Звук стенаний из колонны горя?
О Шамс Табризи, где же Ты
После всего того,
Что Ты набедокурил в моём Сердце?
Руми