Озорное облачко морозного апрельского утра стремительно врывается в дом впереди входящего.
Гулко ударяются о пол сухие поленья, и уже через минуту весело потрескивают в печи, наполняя воздух сладковатым ароматом горящей древесины.
Жадно втягивая носом запах рождающегося дня, по уши зарываюсь в пушистое одеяло, сладостно потягиваюсь, разминая отдохнувшее во сне тело.
Услышав предательский скрип кроватных пружин, в комнату улыбаясь входит мама.
Смеясь, сдергивает с меня одеяло, легонько похлопывая по спине, ягодицам, ногам и рукам веточками цеплячье-пушистой вербы.
Я, делая вид, что злюсь, отмахиваюсь, отчаянно пытаясь вернуть одеяло, но ее заразительная смех уже захватил меня, и я, хохоча и повизгивая, сдаюсь «на милость победителя».
- С Вербным воскресением тебя, мама!